«Зарубежный коллекционер» приветствует всех, кто заглянул к нам на огонёк! Надеемся, что Вы найдёте у нас нужную и полезную для Вас информацию о коллекционных делах за рубежом и дома, в России. Заглядывайте почаще - всегда будем рады.
Русский взгляд - Сообщества

bykov«Иностранные книги у нас вообще мало кто собирает»

Быков Игорь Валентинович, исполнительный директор и один из учредителей Национального союза библиофилов, руководитель клуба библиофилов «На Пушечной», член Московского клуба библиофилов, клуба библиофилов «Бироновы конюшни», рассказал ЗК о том, чем занято сообщество нынешних русских коллекционеров книг

ЗК: Игорь Валентинович, чем живёт сегодня сообщество русских библиофилов?

Игорь Быков: Живут тем же, чем и всегда: собиранием книг прежде всего. В январе 2011 года наше сообщество получило официальную организацию, зарегистрированную как некоммерческое партнёрство «Национальный союз библиофилов» (НСБ является правопреемником Организации российских библиофилов, объединявшей на неформальной основе около 100 любителей старой редкой книги. Председатель совета партнёрства – известный московский библиофил и книговед, руководитель Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям Михаил Вадимович Сеславинский. – Ред.). У библиофилов стало больше возможностей для общения, регулярно собирается клуб «Библиофильский улей», увеличилось количество профильных библиофильских изданий.

 

К сожалению, пока НСБ охватывает далеко не всех настоящих библиофилов. Народ этот своеобразный: кто-то например, не заинтересован в общении, не хочет выносить свою коллекцию, свои книжные пристрастия на всеобщее обозрение. Их достаточно много. Другие были бы готовы присоединиться к нам, но просто не знают нас либо, же недооценивают свои возможности: считают, что не доросли до членства в такой организации, хотя это совсем не так. Для настоящих библиофилов кроме обладания редкой книгой, большое удовольствие – возможность рассказать о ней, похвалиться перед такими же понимающими людьми, для чего они, как и другие коллекционеры, «сбиваются» в различные сообщества.

НСБ является организацией общероссийской, объединяет библиофилов, которые также являются членами региональных клубов коллекционеров книг. Думаю, в целом по России таких организаций, насчитывающих в среднем по 15-20 человек, наберётся десятка три. Хотел бы уточнить: библиофилов не следует путать с членами Добровольного общества любителей книги советского периода. Их было в СССР около 16 миллионов человек. Библиофил же – «вещь» штучная, элитарная, и их вовсе времена не было много.

ЗК: Какие цели ставит перед собой НСБ?

Игорь Быков: Наша главная цель – пропаганда любви к книге. Не только как к источнику информации, но и как к предмету. Люди должны увидеть в ней творение человеческих рук, объект искусства. Одной из форм нашей работы является издание журнала «Библиофильские известия», являющегося органом НСБ. В отличие от других изданий такого плана он создавался в 2006 году как источник живой книжной хроники, призванный отражать текущую библиофильскую жизнь в разных регионах России. Ещё один инструмент НСБ – наш сайт. На нём Союз постоянно даёт новостную библиофильскую, книговедческую, библиографическую и библиотековедческую информацию, в том числе зарубежную. В общем пытаемся распространять «бациллы» библиофильства, привлекать в свои ряды молодых людей. Ведь библиофильство, к сожалению, как и любой другой вид коллекционирования, стареет: средний возраст членов нашего Союза около 70 лет.

ЗК: Вы упомянули, что библиофил живёт прежде всего собирательством. А чем же помимо этого?

Игорь Быков: Бытует шутка, мол, библиофилы своих книг не читают. На самом деле, не только собирают, но и читают, и интересуются избранной темой, глубоко изучают свою коллекцию, а потом публикуют результаты исследований в виде книг, каталогов своих собраний, научных работ книговедческого, литературоведческого, да и любого другого характера. Думаю, из этого и состоит жизнь настоящего библиофила.

Собирание книг как их простое складирование бессмысленное занятие. Существуют крупные библиотеки, в которых есть всё, что бы мы хотели иметь. И их с нашими силами и возможностями не переплюнуть, да и незачем. Но можно собирать книги под определённым ракурсом и с определённой целью, с целью, которой не задавалась ни одна библиотека. Например, ни одна из них не ставила своей целью выделить из своих фондов какие-то определённые книги. Наверно, им это и не нужно, поскольку не отвечает их задачам. У них помимо собирания книг есть ещё необходимость предоставлять их читателям. Я, например, собираю книги по истории библиофильства. Меня интересуют, прежде всего, издания библиофильских обществ и каталоги частных библиотек, собраний рукописей либо российских, либо изданных на русском языке.

У нас есть коллега, собравший представительную коллекцию изданий о Камерном театре, всё, что издавалось о его создателе и режиссёре Таирове Александре Яковлевиче. Кто-то собирает книги с автографами, причём пытается достигнуть полноты охвата хотя бы какой-то определённой эпохи. Вникают в судьбы авторов и адресатов автографов. Кстати, существует интересная разница между провинциальными и столичными собирателями книг с автографами. Дело в том, что в большинстве городов русской провинции, даже крупных, практически уничтожена букинистическая торговля. Там её нет. Магазины закрываются. В журнале «Библиофильские известия» была опубликована заметка о том, что последний букинистический магазин закрыт в крупном старинном русском городе Вологда. Поэтому достать там хорошую старую русскую книгу с автографом очень трудно. Провинциалы, найдя такое издание, исследуют его до самых глубин и часто эти исследования находят свое отражение в виде статьи. Столичный же коллекционер, как правило, набирает много материала, пытается его обобщить, а потом делает общий срез.

ЗК: Совпадают ли цели НСБ с целями аналогичных организаций за рубежом?

Игорь Быков: К сожалению, я плохо представляю интересы зарубежных коллег. Конечно, какие-то организации мы знаем, но я, например, не владею иностранными языками в такой степени, чтобы понимать все детали проблем зарубежных библиофилов. НСБ входит в Американскую ассоциацию клубов библиофилов в качестве ассоциированного члена, но наше общение с ней сводится к тому, что мы регулярно направляем отчёты о нашей деятельности, которые публикуются два раза в год в их бюллетене. И пока больше ничего.

ЗК: А Вам было бы интересно более тесное сотрудничество с родственными организациями за рубежом?

Игорь Быков: Думаю, особой необходимости в этом нет. Конечно, хотелось бы поближе познакомиться с зарубежным библиофильским опытом, со способами формирования коллекции, её хранения, больше знать о том, как распространяется там библиофильская информация, как она доводится непосредственно до коллекционеров, детальнее представлять организацию тамошней антикварно-букинистической торговли. Я очень сожалею, что не ориентируюсь в букинистических поисковых системах, связанных со старой книгой, коих масса в интернете. Не знаю, как сделать запрос, как найти владельцев определённых изданий. Ко всему традиционно сложными остаются вопросы почтовой связи и оплаты. Это надо налаживать с тем, чтобы мы могли что-то приобретать за рубежом, чтобы там знали о русских библиофилах. К налаживанию таких связей, которые позволяли бы нам заказывать книги в любой стране мира, наверно, должны подключаться, в первую очередь, букинисты.

Но, в общем-то, Национальный союз библиофилов и сам по сути своей является организацией международной, поскольку объединяет единомышленников не только из России, но также из стран ближнего и дальнего зарубежья. Среди его членов есть представители разных государств. Например, Уильям Батлер, имеющий гражданство США и Великобритании, бывший преподаватель Оксфордского университета, а ныне – пожизненный профессор права Пенсильванского университета, один из ведущих зарубежных специалистов в области права России, СССР, постсоветских стран. Он является советником российского правительства по вопросам международного права, защищает интересы России в международных судах и ко всему – известным книголюбом, владельцем обширной коллекции экслибрисов, членом-учредителем Национального союза библиофилов.

Наши члены живут в Германии, Израиле, на Украине, в Белоруссии, Латвии. Среди них – создатель Литературного музея латышка Айя Вольдемаровна Штоса, директор Музея Михаила Булгакова и руководитель киевского библиофильского клуба «Суббота у бегемота» Анатолий Петрович Кончаковский, заместитель руководителя секции книги и графики Одесского дома учёных Эдуард Ратушняк, супруга настоятеля херсонского Свято-Сретинского кафедрального храма Ирина Владимировна Замараева. Замечательная женщина, успевающая преподавать в лицее, вести еженедельную передачу на телевидении, быть регентом храма, руководить обществом книголюбов «Кобзарь». Она регулярно присылает нам информацию о работе клуба. Связи со странами СНГ у нас достаточно плотные, если не считать Закавказье и республики Азии.

ЗК: В какой мере русские библиофилы знакомы с иностранной книгой, изданной за пределами СНГ?

Игорь Быков: Иностранную книгу из-за незнания языков в России знают очень плохо, у нас вообще мало кто их собирает. Может, и есть отдельные специалисты, кому это интересно, во всяком случае, не организации библиофилов. Внутри страны такая книга – это, прежде всего, то, что сохранилось с дореволюционных времён или привезено после Великой Отечественной войны из Германии. Ни для кого не секрет, что в 1945-1946 годах оттуда вывезли по репарации массу книг, и делали это, как бы стыдясь, скрытно. Если вещи из Дрезденской галереи передавали открыто, то книги – миллионы томов – просто сваливали, от глаз подальше, в плохо подготовленных для этого помещениях, в том числе, в церквах, где они в большинстве своём и погибли. Сегодня некоторые перемещённые коллекции стали открывать, выпускать их каталоги. В последние два-три года три из них издала Российская государственная библиотека. Среди них, например, каталог немецких средневековых рукописей и старопечатных фрагментов в коллекции документов Густава Шмидта или «Каталог набивных тканей XIII—XIX веков собрания Роберта Форрера». Недавно Библиотека иностранной литературы издала при поддержке германской стороны каталог коллекции графа фон дер Шуленбурга (посол Германии в СССР в 1934-1941 гг. – Ред.). Как известно, он выехал из Москвы на следующий день после начала войны и библиотеку вывезти не сумел. Она осталась у нас, и сейчас появился её каталог. В той же библиотеке издан каталог книг из собраний князей Эстергази, которые тоже были вывезены в нашу страну после войны. Такие каталоги выходят теперь периодически. Но, к сожалению, многое уже погибло или расхищено. Эти книги – зачастую очень редкие – тоже попадали на рынки. Но ведь у нас по-настоящему не знают ни иностранную библиографию, и повторюсь, ни иностранные книги.

ЗК: А нашу книгу за рубежом знают?

Игорь Быков: Тоже не особенно. Там наша книга не интересна из-за незнания русского языка. Есть, конечно, какие-то редкости, которые знают все. Известно несколько крупных коллекций, собранных за рубежом нашими соотечественниками, например, знаменитая коллекция славянских рукописей, книг и предметов церковного искусства Павла Михайловича Фекулы. Фекула, историк и экономист, был сыном священника, эмигрировавшего с семьёй в Канаду, а затем переехавшего в США, в Нью-Йорк. Там Павел Михайлович и начал в 1932 году собирать редкие русские книги, положив начало своему уникальному собранию. Именно в тот период времени Советы как раз распродавали императорские и великокняжеские библиотеки, так что ему удалось сформировать большую коллекцию изданий, связанных с историей императорской семьи. После смерти Павла Михайловича, а он скончался в 1982 году, его коллекция была распродана на торгах аукционного дома Кристис. Их результаты оставляли желать лучшего. Да ведь русская книга и сегодня стоит не очень дорого.

ЗК: И часто ли на зарубежных аукционах появляются русские книги?

Игорь Быков: За рубежом крупные аукционные дома периодически проводят тематические торги или выставляют тематические стринги русских книг. В частности, их организуют Кристис и Сотбис. Там обычно бывают и наши покупатели, и наши продавцы. Правда, не надо забывать, что вывоз из России антикварной книги возрастом более 50 лет запрещён. В ином случае надо получать разрешение министерства культуры. Это касается вообще всех предметов антиквариата. Так что любой наш продавец книг на зарубежных аукционах, если не получил соответствующего разрешения, по определению становится правонарушителем. В принципе получить такое разрешение можно, но это требует времени, преодоления разных бюрократических препон.

ЗК: Каков же уровень цен на русские книжные раритеты?

Игорь Быков: Русских книг, стоящих по-настоящему серьёзных денег, не так много. А очень дорогих у нас просто нет. Сказывается, наверно, недоразвитость нашего антикварного рынка. Например, полное собрание книг ин-фолио Шекспира оценивается в миллионы долларов. В России открытых продаж на такие суммы я не знаю. Лет 10 лет назад предлагался на рынке роман «Евгений Онегин» в главах – в отдельных тетрадках. Стоимость его была где-то 100000 долларов США. Как известно, первое издание романа выходило отдельными тетрадками по мере написания глав. Когда была написана восьмая глава, первую уже зачитали до дыр. В 1829 и в 1830 годах Пушкин переиздал соответственно первую и вторую главы, так вот издания тех лет намного реже, чем первое издание.

ЗК: А что представляет собой зарубежный рынок книг?

Игорь Быков: Это цивилизованный рынок. У него давняя история, не знавшая в своём развитии перерывов. Именно он и устанавливает там цены на книги, сопоставляя их стоимость на различных аукционах, в различных букинистических магазинах. На международном рынке стоимость одного и того же издания в одинаковом состоянии, как правило, примерно, одинакова.

ЗК: А в России?

Игорь Быков: У нас цены на книги зачастую ситуативные. Бывает, стоимость какого-то издания, побывавшего уже не в одном магазине, не очень большая, но вот на рынке появляется какой-то новый покупатель с недостаточным багажом знаний, но при кошельке и начинает скупать всё подряд, причём что-то за очень большие деньги. Иногда можно купить хорошую книгу совсем недорого, пользуясь, что случается не только у нас, непрофессионализмом букиниста. В то же время очень больших денег может стоить книга и вовсе среднего уровня. Иными словами, наш рынок находится в процессе выработки логичной рыночной цены на книги.

Собственно, и сама система свободной букинистической торговли в нашей стране переживает пока этап своего становления. Как известно, в советские годы само слово «коллекционирование» носило традиционно негативный оттенок. Исключение, пожалуй, составляла филателия, пользовавшаяся благосклонностью властей.

Совершенно извращённой была система, по которой устанавливались цены на антикварную книгу. Их регламентировали с помощью каталогов- прейскурантов, хотя они не могут не варьироваться хотя бы от состояния издания, что просто-напросто невозможно отразить в каталоге. Экземпляр мог пострадать от влаги, быть с автографом какой-то интересной личности, иметь хороший провенанс, экслибрис – всё это уменьшает или увеличивает стоимость книги. Но если изначально всё зарегламентировано, то, естественно, в свои права вступает чёрный рынок. В то время хорошие книги попадали на прилавок чисто случайно, они расходились, в основном, между «своими» людьми. Причём для покупки надо было иметь не просто хорошие деньги, но ещё и знакомство с букинистами. В лихие 1990-е годы социально-экономических катаклизмов люди, благополучно собиравшие свои библиотеки, стали неимущими. Они, чтобы выжить, были вынуждены продавать собранное. В распыл в то время пошла масса частных библиотек.

Но те времена позади. Стало цивилизованней, стали доступнее книги, особенно с появлением интернета. На виртуальные аукционы свои книги выставляют даже крупные букинистические магазины: торгуйтесь и приобретайте! Правда, хорошие книги сейчас стали оседать у людей состоятельных. Так что в ближайшие годы они вряд ли уже появятся на рынке. У этих людей нет необходимости расставаться с ними, по меньшей мере, с экономической точки зрения. Тем более, что книги в их финансовом балансе занимают небольшое место. Если наша русская монета может стоить 100000 и более долларов, которые могут позволить решить какую-то сиюминутную экономическую проблему, то книгу быстро и выгодно не продашь. Да и изданий, которые стоили бы, например, 10000 долларов, не так и много. Поэтому хороших книг становится меньше.

ЗК: Что Вы посоветуете начинающим библиофилам?

Игорь Быков: Коллекционирование – это труд. Любая коллекция отражает личность коллекционера, его культуру, его багаж знаний. Одинаковых коллекций просто не бывает. При этом не обязательно быть богатым человеком, чтобы собрать интересную коллекцию. Скажем, можно взять за отсечку 1950-е годы и начать собирать научные книги либо учебники. Уверяю, получится интересная коллекция, в которой найдутся и суперредкости. Или детские книги: сейчас ещё живут книги, на которых воспитывался в детстве и я, с иллюстрациями замечательных художников. Они копейки стоят.

ЗК: А что Вы скажете по поводу утверждений, будто печатная книга изживает себя?

Игорь Быков: Книга изживает себя? Я с такими утверждениями не согласен. Думаю, что традиционная форма книги будет оставаться востребованной ещё долгое время, будет существовать параллельно с электронными источниками информации. Ну, а если когда-то и случится так, что она всё-таки изживёт себя, то просто уйдёт из массового обихода как источник информации и превратится в предмет коллекционирования, каким, например, стали сегодня для настоящих меломанов виниловые диски. У коллекционирования книг тысячелетняя история, берущая своё начало с античных времён. И я не думаю, что книга может исчезнуть по каким-либо причинам так скоро.

ЗК: И в заключение хотелось бы знать, какой Вы хотели бы видеть как библиофил тематику переводов на страницах ЗК?

Игорь Быков: Я бы очень хотел видеть на страницах «Зарубежного коллекционера» не только переводы каких-то крупных работ по библиофильству, хотя они тоже полезны и интересны, но и переводы библиографических работ, библиографических справочников, указателей, связанных с русскоязычной книгой, которые помогали бы ориентироваться в океане книг. Например, у нас очень мало информации о книгах, выходивших на русском языке за рубежом, в том числе эмигрантских. Кроме того, было бы интересно знакомиться периодически с обзорами каких-либо крупных поисковых букинистических систем.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Партнеры
Статистика
Количество просмотров материалов
3083421