«Зарубежный коллекционер» приветствует всех, кто заглянул к нам на огонёк! Надеемся, что Вы найдёте у нас нужную и полезную для Вас информацию о коллекционных делах за рубежом и дома, в России. Заглядывайте почаще - всегда будем рады.
Искусство-антиквариат - Разное

«Торговля предметами искусства должна быть централизована» (www.welt.de)

Сокращённый перевод

Новый закон федерального правительства о защите культурных ценностей угрожает немецкому арт-рынку. За это ожесточённым нападкам подверглась министр культуры Моника Грюттерс (Monika Grütters). На страницах нашей газеты она объясняет свою позицию и защищается.

Свантье Карич (Swantje Karich), Корнелиус Титтель (Cornelius Tittel)

gekreuzigter-frosch-bleibt-trotz-protesten-in-bozener-museumНемецкое культурное достояние: подлинный Киппенбергер. Foto: picture-alliance/ dpa

В своё время Европа выступала за открытие границ и свободную торговлю. Но теперь, похоже, этой открытости, касающейся искусства и культуры, приходит окончательный конец. Германия одной из последних стран в ЕС планирует принять закон о контроле за ввозом и вывозом предметов искусства. В будущем власти планируют также определять, что должно оставаться в стране в качестве ценного национального культурного достояния. Как и ожидалось, это вызвало резкую критику.

Die Welt: Фрау Грюттерс, коллекционеры грозят вывезти свои предметы искусства за рубеж. Некоторые немецкие аукционные дома открыто говорят о том, что этот закон уничтожит торговлю искусством в стране. Вы считаетесь сторонницей того, чтобы Германия была местом рыночного искусства. Как это можно совместить?

Моника Грюттерс: Успокойтесь – о чём, собственно, в данном случае идёт речь? В будущем для некоторых отдельных произведений искусства в Германии потребуется разрешение на вывоз в другие государства-члены ЕС. Почти у всех государств-членов ЕС уже существует такой порядок. Нет его только у нас. Критики правы, это, наверное, будет несколько неудобно. Но все мы должны спросить себя, что важнее: ценное национальное культурное достояние, которое мы обязаны сохранить у себя как немецкое культурное наследие, или же абсолютно неограниченная торговля искусством. 26 из 28 стран-членов ЕС создали – в дополнение к правилам ЕС относительно вывоза культурного достояния за пределы внутреннего рынка ЕС - также национальные правила вывоза в рамках единого рынка; это им не повредило. Мы обожглись на этом – почти потеряли архив Шотта, дневники Гумбольдта (Humboldt), «Мадонну с мантией» Гольбейна (Holbein), которую, в конечном счёте, приобрёл частный коллекционер Райнхольд Вюрт (Reinhold Würth). То, что до сих пор полностью неконтролируемому вывозу, в результате чего важные для нации вещи оказывались за рубежом, будет положен конец, должно быть просто моей целью как министра культуры. Для уточнения: только то, что в будущем на определённые культурные ценности потребуется разрешение на вывоз, не означает, что эти вещи не могут быть проданы. Более 90 процентов вещей, если даже не больше, можно будет и в будущем вывозить из Германии и продавать где-то в другом месте. Только то, что до сих пор касалось вывоза в Нью-Йорк, будет в будущем касаться также Мадрида и Лондона. Всё просто.

Die Welt: Но у беспокойства есть всё же законные основания, или же нет?

Моника Грюттерс: Меня весьма удивляет это беспокойство, потому что на слушаниях, которые я проводила в апреле 2015 года, присутствовали представители художественного рынка, а до этого их просили также изложить свою позицию письменно. Я пригласила их всех, именно потому, что очень заинтересована в рынке искусства. На слушаниях представители отрасли, в конце концов, согласились, даже высказались за принятие европейских стандартов, касающихся возраста и ценности предметов искусства. Например, за необходимость разрешения на вывоз из Германии картин стоимостью свыше 150000 евро и возрастом более 50 лет. В поправке к закону речь идёт не только о вывозе культурных ценностей, но и о ввозе. В 2007 году Германия, наконец, вошла в Конвенцию ЮНЕСКО от 1970 года. Это было вызвано, в частности, драматически изменившейся ситуацией после войны в Ираке и увеличением незаконных раскопок в других странах, конечно, особенно в кризисных районах. Защиты от того, чтобы в Германию не попадали вещи из незаконных раскопок, пока не существует. Вместо запретительного списка в будущем будет действовать обратный принцип: ввозится только то, на что есть действительные документы страны происхождения вещи с разрешением на вывоз. Для меня важно, чтобы эта смена парадигмы теперь состоялась.


Die Welt: Обеспокоен не только арт-рынок, но также галеристы и коллекционеры, в частности, потому, что в Вашем проекте закона нет убедительного определения что же такое «национальное достояние». Когда коллекционер должен понять, что не сможет выставить произведение по наиболее высокой цене на аукционе за рубежом? Вспомним, о картине 1984 года Мартина Киппенбергера (Martin Kippenberger) «Я не могу при всём желании обнаружить свастику». Через 10-15 лет придёт новое поколение. Им нужны будут деньги. Что будет с Базелитцем (Baselitz) и Бойсом (Beuys) или портретом галериста Шмела (Schmela) кисти Герхарда Рихтера (Gerhard Richter). Это немецкое культурное достояние, которое должно оставаться в стране?

Моника Грюттерс: Решение о том, какие культурные ценности должны быть зарегистрированы как «национально значимые» будет за федеральными землями. Тем не менее, в новом федеральном законе мы установим более чёткие правовые рамки. То, что сегодня рассматривается как ничего не значащая картина, может в отдельных случаях стать национальной ценностью. Так было раньше, так будет и в будущем. Кстати, как и во всех других государствах.

Die Welt: В результате граждане и предприниматели зависят от прихоти федеральных земель. Давайте, посмотрим на европейское постановление от 2008 года, в нём, например, говорится о необходимости разрешения на автомобили, старинные автомобили, которые старше 75 лет. При этом все мы знаем, что ценнее, скорее, не совсем дряхлые. В списке серебро и золото, но не ювелирные изделия из платины. Для почтовых марок вообще нет никакой защиты...

Моника Грюттерс: Извините, но мы живем в правовом государстве. В нём нет места для произвола. Что касается постановления ЕС, то категории применяются на всей территории ЕС, мы их соблюдаем. Но я согласна с вами – некоторые ограничения действительно тяжёлые. Но я не могу даже как министр культуры и историк-искусствовед устанавливать какие-то новые критерии, которые не сделают торговлю искусством счастливее. Определения будут уточняться в ходе законодательного процесса или позднее с помощью прецедентного права. Во всяком случае, они были разработаны с экспертными комитетами в Брюсселе. Но эти критерии означают лишь только то, что на вывоз этих объектов необходимо получить разрешение.
Die Welt: А существуют ли вообще какие-то чёткие представления о том, какими должны быть критерии? Может ли быть так, что то, что политика считает «важным для Германии», реально ценным оказывается лишь изредка?

Моника Грюттерс: Действительно, в конечном счёте, остаётся индивидуальное решение относительно того, является ли какое-то культурное достояние национальной ценностью или нет. В других государствах это ведь работает. С тем, чтобы быть гибкими, что касается разрешённого вывоза в другие государства-члены ЕС, мы хотим закрепить критерии классификации возрастных и ценностных рамок не в законе, а в нормативно-правовом предписании. Тогда мы сможем вносить изменения в него в любое время. Но одно можно сказать наверняка: в наших соседних странах традиционно и ныне существует намного большее понимание того, что ценное национальное культурное достояние должно быть сохранено для будущего.

Die Welt: В Швейцарии существуют значительные налоговые преимущества, НДС на произведения искусства составляет около шести процентов. В стране нет права перепродажи и социального класса художников. Так что этот пример имеет значение лишь отчасти. Что заставляет Вас менять существующую правовую ситуацию?

Моника Грюттерс: В Европе в торговле произведениями искусства существует критический пробел, и он например, открывает путь из Германии в Лондон, а затем в Нью-Йорк. Сегодня я без проблем могу отправить картину в Лондон без получения разрешения на вывоз. Мы оперируем в рамках ЕС. Я могу оставить произведение на короткое время в Англии, а затем подать заявку, чтобы вывезти картину в США. Немецкое культурное достояние для властей в Лондоне, разумеется, не имеет защиты как нечто ценное. Они делают запрос в Германию, а у нас эта картина не была зарегистрирована в качестве национальной ценности. Таким образом, например, значимые объекты могли оказываться на нью-йоркских аукционах. И Германия, вынуждена затем выкупить их по чрезвычайно высоким мировым ценам на деньги налогоплательщиков. Мы не можем больше безучастно смотреть, как действительно важные вещи всплывают затем на нью-йоркских аукционах.

Оригинал публикации: «Der Kunsthandel sollte zentralisiert werden»

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Статистика
Количество просмотров материалов
2971007