«Зарубежный коллекционер» приветствует всех, кто заглянул к нам на огонёк! Надеемся, что Вы найдёте у нас нужную и полезную для Вас информацию о коллекционных делах за рубежом и дома, в России. Заглядывайте почаще - всегда будем рады.
Искусство-антиквариат - Разное

Признания вора произведений искусства. О коллекционерах, лицемерах и о морали (www.cicero.de)

Интервью с Мишель ван Рейн (Michel van Rjin)

Сокращённый перевод

Он грабил, занимался контрабандой и стал миллионером. Мишель ван Рейн был самым разыскиваемым вором произведений искусства в мире. Затем он перешёл на другую сторону баррикад. Когда он говорит об искусстве, голос его становится нежным. После этого он, человек не раз проклятый, болтун, с большим трудом подбирает слова. Мишель ван Рейн необычный коллектор. Его любовь к искусству имела криминальный характер. Первый в своей жизни контрабандный товар Рейн, ещё в подростковом возрасте, привозит из Турции домой, в Нидерланды. Он бросает школу. Позднее становится участником всё более крупных сделок в Ливане и России, даёт взятки таможенникам и вывозит ящиками через государственные границы иконы. Товары протаскивает на аукционы - покупатели лишних вопросов не задают. В двадцать лет – он миллионер. В 1974 году он с сообщником грабит церкви на Кипре. Число его завистников и врагов растет вместе с количеством ордеров на арест. Под давлением этих обстоятельств ван Рейн переходит на другую сторону баррикад и сотрудничает с теми, кто хотел посадить его за решетку. Он даёт Скотланд-Ярду информацию об укрывателях вещей, добытых преступным путём. Его обстреливают из проезжающего автомобиля, он получает ранение в ногу. За покушением он подозревает балканскую мафию. В течение несколько лет ван Рейн живёт по программе защиты свидетелей Скотланд-Ярда.

Cicero: Что значит для Вас искусство, господин ван Рейн?

Мишель ван Рейн: Любовь к искусству, как брак. Ты должен ему отдаваться и действительно посвящать себя ему.

Cicero: Вы были женаты семь раз. Тут я немного запуталась.

Мишель ван Рейн: В искусство влюбляются, как в женщину. Однако это не значит, что вся ваша жизнь проходит с одной единственной женщиной. Точно так же вы не проводите всю свою жизнь только с одним произведением искусства.

Cicero: Вы известны тем, что являетесь владельцем самой большой в мире коллекцией произведений искусства. Не все вещи Вы приобрели законным путём…

Мишель ван Рейн: Я был достаточно успешным в торговле антиквариатом.

Cicero: На что Вы живете сегодня?

Мишель ван Рейн: Я занимаюсь тем, что выявляю на аукционах подделки, например, для органов власти. Кроме того, я консультирую коллекционеров. Я уже дважды пытался уйти на отдых. Но нет ничего более скучного в этом мире, чем быть на пенсии.

Cicero: У Вас был сайт, на котором Вы с удовольствием публично клеймили позором контрабандистов произведений искусства. Почему сайт был закрыт?

Мишель ван Рейн: Удовольствие исчезает, когда ты находишь на ступеньках перед дверьми своего дома фотографии своих детей.

Cicero: Вам угрожали?


Мишель ван Рейн: Часто. Если занимаешься таким делом, как я, за тобой всегда кто-то стоит. Понятно, что контрабандисты не самые милые люди. Вы должны быть начеку. Нет ничего более лицемерного, чем мир искусства.

Cicero: Что Вы имеете в виду?

Мишель ван Рейн: Понимание искусства приходит из души. Но когда эти лицемеры стоят перед иконой, их она совсем не трогает. Это меня злит. Они не в состоянии видеть красоту. Благодаря интернету любой дилетант может войти в сеть и узнать, где в мире проходят аукционы, и какие работы являются самыми востребованными. Тайн больше нет. Судя по всему, быть профессиональным поисковиком произведений искусства, стало доходным делом. Фирма Deutsche Clemens Toussaint хорошо зарабатывает на отслеживания трофейных произведений искусства нацистов. Эти люди отвратительны, двуличные стервятники. Я не нахожу более злых слов в их адрес. Хотя они и возвращают произведения искусства, но за большие деньги. За свою работу они хотят 30, 40, 50 процентов от стоимости произведения.

Cicero: Детективы от искусства поступают аморально?

Мишель ван Рейн: Им незнакома мораль! Они летают на своих проклятых частных вертолетах над Монако и пьют шампанское. Да, вы, проклятые мерзавцы, летаете на своих проклятых вертолётах потому, что во второй раз ограбили евреев!

Cicero: Ограбили?

Мишель ван Рейн: Абсурд здесь заключается в том, что клиенты вынуждены сразу же выставлять свои произведения снова на аукционы. Они должны их продать, чтобы заплатить таким людям, как Клеменс Туссен.

Cicero: А Вы делаете это бесплатно?

Мишель ван Рейн: Я за эту работу деньги не беру. С одной стороны, у меня самого еврейские корни, моя мать была еврейкой, а с другой, - это деньги, которые я не хочу иметь.

Cicero: Но ведь это абсолютно нормально, когда вам платят за работу.

Мишель ван Рейн: Эти люди шантажируют клиентов. Они говорят им, что определили местонахождение произведения искусства, которое ищут, а затем спрашивают: «Вам оно необходимо? Если мы поможем Вам, это будет стоить столько-то!» Конечно, клиенты говорят «да»! Это не тот случай, когда торгуются. Речь идет о семейной собственности, о произведениях, с которыми существует личная связь. Я ненавижу такой способ работы.

Cicero: Вы делаете вид, будто деньги Вас никогда не интересовали. При этом Вы тоже обогащались на искусстве. Вы тоже летали на частных самолетах.

Мишель ван Рейн: Я был молод, высокомерен и тщеславен. Я считал себя великим. Чёрт возьми, я был величайшим! Я ведь без проблем положил в карман миллионы.

Cicero: И у Вас не было угрызений совести?

Мишель ван Рейн: Тогда нет. Сегодня я отношусь к этому по-другому: контрабанда натворила много зла. В Африке мы сейчас наблюдаем последствия. Многие африканские страны обрели за последние десятилетия уверенность в себе, они очень гордятся своей идентичностью. Частью этого является, конечно, культура их предков, её богатство. Они охотно наполнили бы ею музеи, но ничего не осталось. Древние сокровища Африки разграбили. Это отвратительно.

Cicero: Вы очень красиво примеряете на себя роль морализатора.

Мишель ван Рейн: Я не хочу лицемерить. Никто не застрахован от ошибок – уж тем более я. Но я стал старше, и мой взгляд на вещи изменился.

Cicero: Свою собственную коллекцию Вы держите под замком. Почему бы Вам не открыть свою сокровищницу?

Мишель ван Рейн: Я не хочу быть частью этого истеблишмента. Эти люди втыкают цветочек в свои шикарные синие пиджаки, гордо вышагивают и что-то бормочут: «Ах, какая красивая вещь!», «О, какое прекрасное вложение денег!». Всё это чушь собачья. Они понятия не имеют, о чём говорят. Они не могут отличить подделку от оригинала. Я не хочу, чтобы кто-то спесиво ходил по моему собственному музею и показывать свою коллекцию.

Cicero: Где Вы храните свои сокровища?

Мишель ван Рейн: Не на этом континенте. Я долгое время жил в Аргентине, но больше я ничего не скажу.

Cicero: Тогда Вы даже не рядом с ней?

Мишель ван Рейн: Нет, мне не нужно, чтобы мои произведения окружали меня постоянно. Время от времени я позволяю себе порадоваться ими. Но обычно они живут своей собственной жизнью и переживут меня. Это самое прекрасное в искусстве. И моя коллекция будет продолжать расти.

Интервью вела Клаудия Беккшебе (Claudia Beckschebe)

Оригинал публикации: Ein Kunstdieb packt aus. ?ber Sammler, Heuchler und Moral

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Статистика
Количество просмотров материалов
2931070